Из чего приготовлен антикризисный суп, для кого он предназначен, и почему наивно думать, что он накормит страну

Привет, друзья!

Июль – время удивлять. Видимо так думает светоч нации решив посреди военно-отпускного сезона дёрнуть парламент и перетряхнуть кабинет министров. По сравнению с июнем, который запомнится пожалуй только мемами с Питерского форума и не очень предметными дискуссиями о дефолте, можно считать, что Кремлёвский план по загрузке населения инфоповодами на месяц уже выполнен. 

Однако самые важные новости порой не те, которые печатают на заголовках, а те, что тихо тонут в инфопотоке. Например, российская бюджетная политика в разделе “антикризисный план”. Вождь конечно сообщает со стальной уверенностью о будущем технологическом прорыве, однако для страны, где население потеряло за один март месяц 7% сбережений, а самолёты разбирают на запчасти – эти заявления звучат оптимистично. Фискальный дефицит разобрал антикризисные обещания Кремля, чтобы выяснить, действительно ли власть поддержала население и насколько обоснованы заявления о технологическом суверенитете России в будущем.

Бюджет имитации

Коротко

  • Бюджетные расходы в кризис – действенный инструмент антикризисной политики. Поддерживая зарплаты населения и доходы компаний, они позволяют избежать кризисной спирали.
  • Российская власть к бюджетной поддержке относится крайне избирательно и предпочитает давать в долг, а не поддерживать напрямую. Поэтому заявления о восьми триллионах рублей на поддержку экономики кратно преувеличивают прямые госвливания в экономику. В реальности государство заложило на прямую поддержку лишь 2.3 триллиона рублей (1.8% ВВП), что в два раза меньше, чем правительство выделило в корона-кризис.
  • Прямая поддержка населения – не приоритет антикризисного плана. Она составляет около треть от всей прямых вливаний в экономику, остальное – поддержка крупных компаний. 
  • Все те антикризисные суммы можно было бы потратить на инвестиции в экономику и социалку в мирное время, создавая новые продукты, отрасли, образование, медицину и военный комплекс. Вместо этого вождь и его друзья предпочли тратить не на развитие, а военную машину, которая пожирает за два месяца войны больше, чем вся антикризисная поддержка населения за оставшийся год.

Бюджетный словарь

Прежде чем разбирать антикризисный план полезно разобраться с определениями. Бюджет – это план доходов и расходов. Коротко, ёмко и одинаково хорошо подходит для кого угодно: семьи, компании, школы и даже РПЦ. 

Однако бюджет страны имеет особое значение. Именно он определяет, на что пойдут наши налоги: на медицинские центры в регионах, субсидии под инфраструктурные проекты Ротенберга или гиперзвуковые ракеты. В каком-то смысле, бюджет – это само государство. Без него не на что будет работать школам, больницам, полиции, армии, бюрократии – словом, всей той машине, которую мы в России с придыханием называем Государством. 

Важный момент: во время кризиса, дополнительные расходы бюджета выступают ключевым источником поддержки экономики. Например, если в результате внешнего шока резко упало производство товаров – скажем, мировая экономика ушла в рецессию, а вместе с ней на дно пошли и цены на нефть –, государство может сформировать дополнительный заказ на продукцию компаний или субсидировать зарплаты работников на период кризиса.

Эти внеочередные расходы называются бюджетным стимулом. Его главная цель в том, чтобы смягчить негативную экономическую спираль, когда падение производства > падение зарплат > падение спроса на товары > большее падение производства. Именно так правительства стран смогли избежать экономического коллапса во время пандемии. Например, экономически сильные Штаты простимулировали экономику на 25.5% ВВП. Осторожная Германия в 15.3%. Увязшие в госдолге Италия и Испания – 8.4% и 10.6% соответственно. Не отставали как развивающие европейские страны – Венгрия (11.5%), Чехия (9.2%), Сербия (12.2%) – так и крупные экономики Азии и Латинской Америки вроде Индонезии (9.3%) и Бразилии (9.2%).

Нужно понимать, что у такого метода своя цена – государство наращивает расходы и у этого должны быть свои источники. Если у страны хорошая кредитная история и выход на мировой рынок капитала, то правительства обычно берут в долг. В противном случае оно распечатывает запасы из фискальных резервов. Россия, обжегшись на дефолте 98-го года, традиционно предпочитает в долг не брать, делая упор на резервы из Фонда Национального Благосостояния (ФНБ), который формировался из нефтегазовых сверхдоходов. Изначально Фонд создавался для поддержки населения в худые годы, но сейчас на эту святую троицу букв очередь сейчас большая: госолигархи, крупные компании, департаменты министерств и военщина. Много ли попадёт в карман граждан при таком раскладе? 

Что в имени тебе моём? Ты оцени сперва объём

Вы наверняка слышали магические (Силуанов предпочитает эпитет ОГРОМНЫЕ) цифры в восемь триллионов рублей. Звучат они довольно круто – в триллионах же много нулей, правильно? – однако дьявол кроется в деталях. Чтобы разобраться Фискальный Дефицит систематизировал информацию о бюджетных мерах поддержки на основе сообщений в прессе и официальных источниках. Ниже мы перечислим наш подход к сбору данных, но самым нетерпеливым предлагаем сразу прыгнуть к графику и вернуться сюда позже. 

Как мы считали

Наши расчёты базируются на основе чуть более десятка источников, ключевыми из которых являются три (кликать здесь, чтобы огласить весь список):

Важно иметь в виду, что такой подсчёт не может быть точным по трём причинам:

  • Программы поддержки создавались в пожарном режиме безостановочно с марта месяца. Ключевые элементы правительство заявило к середине апреля, но отдельные объёмы продолжают обновляться до сих пор. Это значит, что данные на основе апрельских новостей не всегда совпадают с уточнёнными значениями.
  • Чиновники из конкурирующих фирм отделов называют разные цифры одних и тех же программ поддержки с разницей в несколько дней. Наглядные пример: субсидии авивперевозчикам: вице-премьер Андрей Белоусов, в апреле называл объём поддержки в 110 млрд. рублей, в то время как правительство позднее выделило только 100 млрд. В случае таких расхождений, мы брали верхнюю оценку.
  • Пресса не всегда детализирует источники финансирования программ, что может приводить к двойному учёту одних и тех же мер. Например медиа сообщали, что докапитализация Аэрофлота размером более 100 млрд. рублей пройдёт за счёт средств ФНБ. Однако поскольку вкачка средств пройдёт через выкуп новых акций Аэрофлота с биржи (Secondary Public Offering), неясно является ли это отдельной выделенной линией из ФНБ или идёт в рамках уже существующей программы по поддержке фондового рынка.

Несмотря на это, Фискальному Дефициту удалось выйти на общие объёмы поддержки, заявляемые властью. Посему довольно сносок и оправданий – настало время посмотреть данным в лицо!

График пестрит деталями, поэтому не поленитесь – уделите на него пару-тройку минут (кликайте на прямоугольники, чтобы увеличить масштаб). Потраченное время даст ответить на несколько насущных вопросов без нашей помощи. Но если очень не терпится, то мы внизу составили примерный список.

Свет мой зеркальце, скажи…

Восемь триллионов поддержки, о которых говорил Силуанов и Мишустин – это правда? 

Только если учитывать прямые и косвенные меры поддержки. Пресловутые восемь триллионов получаются только если добавить к прямым затратам бюджета недополученные доходы из-за отсрочки налогов и все кредиты, под которые государство субсидирует ставки или даёт госгарантии. Но нужно понимать, что и кредиты, и отсрочки  – это временное финансирование. Они не компенсируют потери бизнесу, а дают лишь передышку до конца года. Такая мера очень полезна, когда у компаний возникает кассовый разрыв и нужна наличка, чтобы расплатиться по платежам. Однако в России сейчас не столько кризис ликвидности, сколько кризис структурный – нужно перекраивать целые отрасли под новых поставщиков и их продукты. Эффективность таких мер можно видеть на примере малых компаний. Хотя власть выделила лимиты в 500 миллиардов рублей на льготные кредиты МСП ещё в марте этого года – активность малых компаний продолжила снижаться. Что неудивительно – в таких условиях давать в долг всё равно что давать анальгин больному раком. Боль вы может на пару часов заглушите, а дальше?

И сколько тогда сам бюджетный стимул?

Бюджет заложил дополнительных затрат в 2.8 триллиона. Однако это «грязный» объём, потому что 500 миллиардов Минфин выцарапал из расходов уже запланированных программ. То есть чистыми выходит только 2.3 триллиона, из которых 1 триллион рублей выделен на выкуп ценных бумаг с биржи, который не пойдёт стимулировать спрос, а лишь поправит балансы банков, инвестфондов и биржевых трейдеров.

А каков объём прямой поддержки?

Всё, что мы не отсекли на предыдущих стадиях: 1.3 триллиона рублей. Из них две трети пошли на докапитализацию, кредитные программы и субсидии компаниям и лишь треть отрядили на социалку – то есть населению.

Это много или мало?

Чтобы покрыть потери экономики от кризиса точно недостаточно. Население из-за непредвиденной инфляции потеряет дополнительно 11.5% доходов (макроэкономисты оценивали инфляцию в феврале в 5.5%, в июне – 17%). Даже если быть большим оптимистом и предположить, что в экономику пойдут все 2.3 триллиона, то это всего лишь 1.8% ВВП России. Такой объём поддержки и близко не покроет потери населения даже безотносительно того как эти деньги лягут в экономику: тонким ровным слоем, когда каждому по копейке, или же как обычно – жирными кусками для крупных компаний и госолигархов. Показательно, что масштаб поддержки даже меньше, чем в корона-кризис. Тогда Россия выделила из бюджета на прямую поддержку экономики более 5 триллионов рублей (около 4.5% ВВП), то есть в два раза больше, чем сейчас.

Но один рубль вложений в экономику имеет ведь больший эффект? Например, повысил зарплату > увеличил спрос на товары > растёт производство > растут зарплаты. Может быть расчёт на это?

Госвложения во время кризисов действительную создают положительную цепную реакцию. Экономисты называют его “фискальным мультипликатором”. Однако его значение – величина несколько эфемерная, потому что зависит от того, насколько эффективно расходуются средства и стимулируют ли они в конечном счёте потребление. По самым оптимистичным оценкам, коэффициент в первый год кризиса не превышает 2.4. Даже если ориентироваться на неё, можно надеяться лишь на общую поддержку в 4.3% ВВП при падении доходов в 11.5%, чего явно недостаточно. Однако надеяться на подобный эффект наивно. Такой высокий коэффициент был получен для экономики Японии, чья структура отличается российской примерно так же, как Nintendo Switch от тетриса. Если уйти от экстремальных оценок и ориентироваться на мультипликатор остальных развитых стран (1.6), то, можно рассчитывать на общий эффект в 2.9% ВВП, что немногим более четверти от экономических потерь.

А что же с планами по импортозамещению?

Пока это только лозунги. Из всех озвученных мер под прямое создание новые технологичных производство пока можно отнести только субсидии в региональные промышленные фонды размером 24 миллиарда рублей. Чтобы понять насколько это смешной объём достаточно сравнить это со стоимостью разработки российского авиадвигателя ПД-14, который обошёлся в 70 миллиардов рублей, 10 лет разработки и ещё только ожидает выход в серию. С учётом того, что в планах замещать целую палитру продуктов от композитных материалов до полупроводниковых процессоров, заложенных сумм хватит только чтобы наладить производство вил, ножей и топоров. Или на один год вещания RT, в качестве импортозамещения CNN и BBC. 

На что могут рассчитывать простые люди?

Относительно хорошие новости только если вы бюджетник, пенсионер или семья с низким доходом и детьми школьного возраста. “Хорошие“, потому что государство действительно направило на вас живые деньги, чтобы компенсировать рост цен. “Относительно“, потому что так это лишь на бумаге. Легко ли одобряют чиновники заявки семей на получение поддержки, насколько хорошо вы собрали баллов в пенсионке и оставили ли вас на полной ставке в больничном отделении – отдельная и долгая история, где конец не очень предсказуем. Потенциальные бонусы ещё есть у тех, кто не сидит на рядовых позициях в крупных компаниях, прежде всего государственных. Зарплату вам не повысят, но и сокращать раньше времени не станут. Всем остальным предложено спасать себя самостоятельно. В идеале, создавая процветающий, инновационный и импортозамещающий малый бизнес в партнёрстве с азиатскими друзьями.

Аэропланы на дровах

Как и в случае с историей вокруг курса рубля, властная риторика изобилует манипуляциями. Озвученный план поддержки в восемь триллионов рублей на две трети состоит из мягких мер поддержки без прямых вливаний бюджетных средств. По факту в самый глубокий экономический кризис со времён банкротства СССР власть предпочитает не компенсировать потери людям, а давать в долг, предлагая людям выбираться самим – чётко показывая: доходы населения – несмотря на громкие заявления – сейчас не приоритет. Истинные же приоритеты вождя и партии найти нетрудно. Достаточно посмотреть на военные расходы за один апрель и сравнить их с ожидаемой годовой поддержкой населения.

Тут неплохо бы вспомнить, что за всеми этими обсуждениями теряется кое-что важное: до войны ничего этого не требовалось и деньги можно было потратить на созидание и развитие своей страны. Ещё в феврале акции Сбера торговались на Лондонской бирже, Яндекс развивал экосистемы, Сухой закупал французские движки для самолётов, молодняк с натугом копил на однушку в спальном районе, а бабушки расставляли рассаду на подоконниках. Однако из-за решения одного человека, вся страна живёт в режиме пожарной команды на много лет вперёд. И как показывает текущий план спасения, людям в этом плане уготована роль даже не второго плана, пока власть кормит его пафосом съездов и аэропланами на дровах. Ведь зачем отвечать за слова, когда имитации вполне достаточно?

Что мы узнали

  • Бюджетные расходы в кризис – действенный инструмент антикризисной политики. Поддерживая зарплаты населения и доходы компаний, он позволяет избежать кризисной спирали.
  • Российская власть к бюджетной поддержке относится крайне избирательно и предпочитает давать в долг, а не поддерживать напрямую. В реальности экономика может рассчитывать на дополнительные госрасходы размером не более, чем в 2.3 триллиона рублей – около 1.8% ВВП и 3.5 раза меньше озвученных цифр.
  • Прямая поддержка населения – не приоритет антикризисного плана. Она составляет пятой части от прямого бюджетного стимула. Такой объём покрывает немногим более десятой части потерь доходов населения из-за непредвиденной инфляции, ожидаемой в этом году. 
  • Все те антикризисные суммы можно было бы потратить на инвестиции в экономику и социалку в мирное время, создавая новые продукты, отрасли, образование, медицину и оружие для армии. Вместо этого, однако, вождь и его команда предпочла тратить не на развитие, а латание дыр в экономике и разрушения военной машины, которая пожирает за один месяц больше, чем вся антикризисная поддержка населения за грядущий год.

Продолжение следует

На момент войны у властей были крупные финансовые резервы. Резервы правительства (Фонд Национального Благосостояния – ФНБ) ещё в январе колебались в районе 13 триллионов рублей – около 10 процентов ВВП. Это очень крупные суммы, которые могли бы серьёзно поддержать доходы населения в кризис. Правительство, тем не менее, предпочитает проводить крайне осторожную – читай скупую – антикризисную политику. Что стоит за столь невзрачными объёмами поддержки несмотря на большие резервы и низкий госдолг – об этом Фискальный Дефицит расскажет в следующий раз.

Домашнее задание

  • Зайти на сайт МВФ в разделе «траты правительств на коронавирус» со статистикой по странам
  • Посмотреть какой был бюджетный стимул в развитых и развивающихся странах в % ВВП
  • Найти в списке Россию и сравнить с данными остальных стран
  • Выяснить, что текущий антикризисный план в расчёте на размер экономики страны у России сейчас меньше, чем были у Болгарии, Сербии или Перу в корона-кризис несмотря на солидные резервы на начало кризиса
  • Грустно вздохнуть и поделиться с друзьям, о том как наш канал и сайт помогают разобраться в бюджетной политике

Что почитать

Что посмотреть

Зубаревич о том, где стоит российская экономика после принятия антикризисных мер. Как обычно, коротко, ёмко и на пальцах:

Кого послушать

Юру-музыканта. Он не только поёт, но и стихи читает. Тепло, без пафоса и по-доброму